Архимедово лето. Глава вторая

Она и ска­зала: тебе надо все-таки узнать, как женщины в старину добивались образования. В выходной день, когда мы с ней поехали на электричке за город, я целый день слушала, как она мне рассказывала, а по­том я опять эту книжку прочла. А то бы мне и пересказать тебе не­чего было.

Лева посмотрел на Наташу недоверчиво. Помолчал, сорвал тра­винку, засунул в рот. Потом сказал:

— Давай-ка рассказывай дальше. В общем, очень интересно!

— Эмилия Шателэ перевела книгу Ньютона и тоже написала к ней комментарии. А один французский ученый, академик Клеро, не поленился: прочел внимательно всю ее работу и там, где нужно было, даже поправил. Мама говорит, что перевести такую книгу, как это сочинение Ньютона, мог только очень образованный человек. Потом была итальянка Мария Аньези, которая придумала свою собственную кривую, мне мама ее показывала в учебнике высшей математики. Аньези жила в восемнадцатом веке и была профессором в городе Болонье. Затем француженка Софи Жермэн, это уж в начале про­шлого века. С ней был такой случай: она написала письмо видному французскому математику — академику Лагранжу — и подписалась мужским именем, будто она не девушка, а молодой человек, ученик высшей школы. Ученый захотел познакомиться, потому что удивился, какую хорошую работу прислал ему этот молодой человек. Она при­шла к нему. И он стал ей помогать. Говорят, в детстве ей не позво­ляли заниматься математикой, так она писала свои выкладки по ночам, под одеялом…

— Здорово! — заметил Лева.

— Потом еще были две англичанки: одна, не помню фамилии, переводила очень важную работу французского ученого Лапласа, где

излагается теория движения небесных тел — математически, разу­меется! — а ее подруга, дочь английского поэта Байрона…

— Которого Лермонтов так любил…

— Да, да! И Пушкин тоже… Ее звали Ада. Она тоже переводила кое-что и писала о машинах, которые сами могут вычислять.

— Да, я уж слышал о них. Только толком не разберешь, в чем тут дело. Читал немножко. Есть, говорят, разные. Некоторые попроще, а есть и такие, что настоящие чудеса делают.

— Да ведь это давно было, когда Ада Байрон писала. В начале прошлого века… нет, кажется, не в самом начале.

— В школу бы нам такую машинку!.. Однако надо будет спро­сить у папы. Впрочем, постой! У меня есть дядя, он радиоинженер, вот он мне говорил… — Лева задумался. — Слушай, а вот счетная линейка — знаешь?

— Да видеть-то я ее видела…

— Вот ее можно считать машиной или нет?

— Не знаю, должно быть, можно…

— Спрошу у дяди Вани — когда приедет, конечно. Как бы не забыть..»

2.

— Как видишь, я очень немного имен назвала. За целые века! А теперь я буду говорить про Софу Ковалевскую. Те, о которых я раньше говорила, или только переводили или примечания составляли, а эта

Страница 3 of 9« First...34...Last »
Category: Разное