Архимедово лето. Глава восьмая.

побольше, с ребром в десять сантиметров. Сколько там будет наших маленьких миллиметровых кубиков?

— В ребре десять сантиметров, то есть сто миллиметров. А сто в кубе будет миллион, — подсказала Вовке Наташа.

— Итак,— продолжал дед,— в третьем кубике, не очень большом, вроде твоего кубика, в который ты играешь, будет заключаться целый миллион маленьких миллиметровых кубиков. Но триллион, как мы уже говорили, есть миллион миллионов. Значит, надо взять целый миллион таких кубиков, вроде твоего, с ребром по десяти сантимет­ров, сложить из них новый, четвертый куб — и вот в таком новом кубе уже будет триллион миллиметровых кубиков. Но тогда ребро такого куба будет равняться десяти тысячам миллиметров, другими сло­вами— десяти метрам. Вот какой куб получается из триллиона куби­ческих миллиметров! Как ни скромны эти наши малюсенькие кристал­лики соли, но, когда их у тебя набирается целый триллион, перед то­бой вырастает огромнейший куб. Вот ты и сравни кристаллик соли с кубом, у которого ребро равно десяти метрам, а сторона — ста квад­ратным метрам. Комната в двадцать квадратных метров — это ведь довольно просторная комната, не так ли? Так вот, нам надо взять площадь пяти таких комнат, чтобы получить сторону нашего большого куба.

— А что же это будет, дедушка, — вымолвил Вовка, — если мы не тройку в три этажа напишем, а возьмем вместо тройки девятку?

— Если взять девятку, — отвечал Тимофей Иринархович, — то по­лучится самое большое число, которое только можно изобразить тремя цифрами, и знаков в нем без малого триста семьдесят миллио­нов, то есть больше, чем третья часть биллиона. Начинается оно циф­рами четыреста двадцать восемь, а кончается цифрами восемьдесят девять.

— Триста семьдесят миллионов!—восторженно выговорил Вова.— А если его все написать, это число?

— Если все его написать на бумажной ленте, вроде той, которая на телеграфном аппарате Морзе употребляется, так этой ленты пой­дет примерно полторы тысячи километров.

— Записываю! — воскликнул секретарь, яростно кусая свой карандашик.

4.

— А я вот еще что хотела спросить, — начала Веточка: — ведь сколько бы комбинаций в Дразнилке ни было, все равно они делятся по кругам, которые один в другой не переводятся, и число комбина­ций в каждом круге будет одно и то же? Если я буду ставить просто наудачу, как попало, шашки, то у меня один раз выйдет, а другой раз не получится. Так я говорю или нет?

— Конечно, так! — ответил ей Лева.

— Теперь, — сказал Тускарийский президент, — вот еще о чем надо потолковать. Неправильность в положении одной пары шашек, иными словами — случай, когда шашка с высшим номером стоит раньше шашки с низшим номером в избранной нами позиции, называется беспорядком или инверсией. Что мы делаем,

Страница 9 of 36« First...910...2030...Last »
Category: Разное